DSC_0483+

Матвей Фридман: «Барабаны — это моя жизнь»

Фотограф:Анатолий Лисовой
Создатель школы перкуссии GoDoPaTa Матвей Фридман рассказал о том, как играл на школьных партах, пластиковой бутылке, работал с диджеями в «нулевых» и выбрал этнические инструменты.

«Тяжелое» детство

С барабанами я познакомился в шесть лет. Дома звучал хеви-метал, так как мой отчим в тот период был барабанщиком хеви-метал группы. Одна из комнат в нашей квартире на какое-то время стала репетиционной базой. Там стояли две массивные бас-бочки, куча тарелок. Конечно это не могло не захватить шестилетнего малыша: «Вау! Класс, палками! Громче всех!». Когда появлялась возможность, я заходил в комнату, все щупал.

Соседи пытались вызывать милицию, когда отчим играл. Хеви-метал – тяжелый звук: дисторшн, педали, бас-гитара, электрогитары. Мы жили на 16 этаже, а люди приходили с 11-го. Но открывалась дверь – соседи видели крупного мужчину с длинными рыжими волосами, и никто не хотел иметь с ним дело. Этот период закончился довольно быстро, но было круто.

DSC_0569++

Потом все продали – сложные 90-е. Осталось несколько барабанов, на которых я играл в свое удовольствие, всем надоедая. В школе на уроках химии и физики играл на пратах. Там были самые лучшие парты – с ящиками, получался классный бас. Не то что бы я пытался протестовать против предметов, просто хорошие парты, да и мне было пофиг. Я думал не о физике и химии, а о музыке, ритме, каких-то группах. Конечно это раздражало учителей, они делали замечания, но в основном – словесные. Меня спасали гуманитарные предметы и любовь преподавателей ко мне как к человеку. Мой учитель английского – молодой парень, только закончил ВУЗ, – оказался регги-вокалистом. Он узнал, что я барабанщик и пригласил на репетицию. Так, днем мы были учитель – ученик, а вечером на репетиционной базе играли регги.

Пластик и этно

Этнические барабаны появились случайно. В 17 лет я поехал в летний лагерь. Наверное, сейчас это смешно звучит, но я нашел пятилитровый пластиковый бутыль, пытался играть на нем руками, какими-то палочками. Мне казалось – это классный барабан. Все решили, что я странный парень. Тем не менее ко мне тянулись люди: появились какие-то пацаны с гитарой, девчонки собрались. У одного из вожатых я увидел ближневосточный барабан – дарбука. Когда мне его дали, был безмерно счастлив. Начал играть и понял: хочу себе такой инструмент. В Украине тогда этого было очень мало. Существовали какие-то бренды для профессиональных музыкантов, нереально дорого, а это — штука, которую можно купить на базаре, на Ближнем Востоке. Я загорелся, инструмент отдал, бутылку забрал с собой. Потом мне подарили маленький деревянный барабанчик с кожей, он до сих пор стоит дома как память.

Сегодня у меня больше ста инструментов из разных стран и «накопление» продолжается. Это не просто коллекция, я использую их для школы, тренингов.

DSC_0551++

Клубная жизнь

Назвать меня музыкантом в чистом и «грязном» виде – нельзя. Я играл в группах, один период работал с диджеями. Это было начало пика диджейства. Меня пригласили на вечеринку в большой киевский клуб, где выступали DJ Ice и DJ Vlad MFK – крутые киевские перцы, – поиграть в лаунж-зоне вместе с диджеем. Классного барабана у меня не было и я одолжил атабак у знакомых капоэйристов. Пришло очень много народу. Я немножко стеснялся, ни на кого особо не смотрел. Когда поднял голову – увидел, сколько людей собралось в лаунж-зоне.

После этого с одним парнем мы сделали дует – диджей и перкуссионист. Я играл и с другими ребятами в разных городах Украины. Это был своего рода взрыв – новинка. Появляется диджей, выхожу я с живыми барабанами, мы вместе играем.

Семья конечно переживала: ночные клубы, 18-летний мальчик садится в поезд, едет непонятно куда. Думаю, это было круто и смело. Я не попадал не в какие передряги, очень осторожно смотрел на все эти «злачные места» – смог обойти опасные моменты.

Потом я попал в группу к взрослым семейным дядькам. У нас было трио: гитара, MIDI-клавиатура и моя перкуссия. Это был лаунж-проект. Но там не было развития. Для ребят – это был хлеб, для меня – хобби. Я хотел немножко другого темпа, поэтому мы разошлись. Решил, что должен идти дальше. Так закончился блок «Матвей Фридман, играющий с диджеями и электронщиками». Этот период в моей жизни длился пять лет и мне кажется, именно там «закончился» я-музыкант.

DSC_0542++

СамоУчитель

На преподавание меня «спровоцировали». Однажды я играл в клубе, ко мне подошел человек и сказал: «Слушай, можешь научить меня также?!» Я никогда никого не учил и специального музыкального образования не имею – я самоучка. Но на предложение согласился. А в музыкальную школу не ходил потому что хотел познать все сам.

Ученик приехал ко мне домой рано утром, разбудил меня. Я не ожидал: взрослый человек с семьей оказался таким фанатом. Я дал несколько уроков на ближневосточном барабане дарбука. Нам обоим понравилось. У меня получилось объяснить. Не все музыканты, к сожалению, могут научить. Это был мой первый ученик. Потом появились еще пару человек, которые пробовали заниматься.

На тот момент я не считал себя учителем. Я был такой же ученик, который накапливал информацию: покупал DVD, книжки всякие. В музыкальных магазинах меня все знали: приходил парень без денег и трогал дорогие инструменты. Я мечтал собрать сет барабанов, на сегодняшний день большинство из них у меня есть.

Потом я попал в одно латиноамериканское заведение, и родилась идея сделать там занятия на барабанах. Прошло полгода, мне стало тесно, к тому же уроки мешали персоналу работать. Я понял, что пора идти дальше и открыл свою школу.

В апреле школе исполняется шесть лет. За это время у нас обучилось около 400 человек. Самое главное для меня – это предать знания людям. Барабаны – это моя жизнь, для них – хобби. И это хобби не должно перейти в какой-то напряг в процессе обучения.

DSC_0559++

Музыка всех связала

Семья очень переживала, что барабаны станут делом моей жизни. Родные прагматично смотрели на страну, в которой мы живем. Они хотели, что бы я был переводчиком. Мне хорошо даются языки — это правда. Из иностранных я владею английским и ивритом, наверное придется выучить еще испанский.

На сегодняшний день, близкие очень рады тому, что есть. Я помню когда меня впервые показали в 17 лет по М1 (он только появился) в прямом эфире. Все смотрели — радовались.

Сегодня школа и тренинги занимают много времени, чему я безмерно счастлив. Я могу позволить себе заниматься музыкой и посвящать достаточно времени семье. Семья, которую я создал, тоже поддерживает. Моя жена прекрасно понимала, за кого она выходит замуж, и осознавала, что барабаны не хобби, а то, чем я занимаюсь активно. К тому же она сама творческий человек — графический дизайнер. Не скрою, я не хочу, что бы мой сын повторял тот же путь. Хотелось, что бы он получил музыкальное образование, но без навязывания. Нужно самостоятельно делать выбор. Я буду направлять, помогать, но не указывать. Мне не указывали.

Я мог бы играть в клубах, группах — меня звали в разные проекты. Не могу назвать себя пророком, но стараюсь смотреть немного дальше за горизонт. Будет «фан», но это станет лишь потерей времени. А «Фан» и потерю времени, которые нужно было пройти, я прошел чуть раньше.

Тоже и с музыкальными инструментами. Я пробовал играть на гитаре, но мне всегда было немного скучно. Играя с гитаристами я понимал, что хочу получить от них или они от меня. Но мне было этого мало. Возможно — это темперамент, возможно — потому что играть на барабанах у меня действительно получается. Мне настолько хватает ударных инструментов в жизни, что если я буду играть на чем-то другом, то просто украду время, отведенное мне в этом мире на то, что бы я изучал барабаны. Если я возьму гитару в руки, то пройдусь по струнам, потом переверну ее на колени декой к себе и сыграю. Я очень рад тому, что сегодня музыка и барабаны являются основным моим занятием.

Количетво просмотров: 1981